Проект «Династия». Октябрь. Николишины

ВХЛ продолжает представление нового имиджевого календаря лиги на 2016 год, который на этот раз носит название «Династия. Ты продолжение меня». В нем представлены 12 хоккейных династий России и ближнего зарубежья, имеющих непосредственное отношение к ВХЛ.

ЧАСТЬ 1. ПРОЕКТ «ДИНАСТИЯ». ЯНВАРЬ. ТРЕТЬЯКИ
ЧАСТЬ 2. ПРОЕКТ «ДИНАСТИЯ». ФЕВРАЛЬ. ЖДАХИНЫ
ЧАСТЬ 3. ПРОЕКТ «ДИНАСТИЯ». МАРТ. КВАРТАЛЬНОВЫ
ЧАСТЬ 4. ПРОЕКТ «ДИНАСТИЯ». АПРЕЛЬ. АВЕРКИНЫ
ЧАСТЬ 5. ПРОЕКТ «ДИНАСТИЯ». МАЙ. ПОЛОЗОВЫ
ЧАСТЬ 6. ПРОЕКТ «ДИНАСТИЯ». ИЮНЬ. ХАЦЕИ
ЧАСТЬ 7. ПРОЕКТ «ДИНАСТИЯ». ИЮЛЬ. ДВУРЕЧЕНСКИЕ
ЧАСТЬ 8. ПРОЕКТ «ДИНАСТИЯ». АВГУСТ. ФАХРУТДИНОВЫ
ЧАСТЬ 9. ПРОЕКТ «ДИНАСТИЯ». СЕНТЯБРЬ. ГОГОЛЕВЫ

Конечно, на самом деле таких династий оказалось больше – 16, и, к сожалению, все они в календарь не влезли. Просто потому, что в году всего 12 месяцев. Но в рамках представления проекта мы обязательно расскажем обо всех династиях ВХЛ. Чтобы быть к ним причисленным семьям нужно было всего ничего: иметь профессиональных хоккеистов в двух поколениях, и чтобы хотя бы один из них в данный момент играл/работал в ВХЛ.

Для того, чтобы узнать о каждой отдельной династии побольше, мы предложили ее представителям для затравки независимо друг от друга ответить на один простой вопрос: «Как хоккей начался в жизни младшего представителя династии». Сами понимаете, взгляды взрослых и детей разнятся, а, значит, это могут быть две совершенно разные истории. Зачастую так и получалось в ответах. А еще кто-то из отцов рассуждал о том, что мало дал сыну хоккейного воспитания, а кто-то, наоборот, признавался, что переборщил с ним. В общем, откровений в этих мини-монологах хватает, ведь, как мы заметили выше, первый вопрос был для затравки, а дальше каждый говорил уже о своем, о том, что на душе.

Октябрь в календаре представляют чемпион мира 1993 года и бронзовый призер Олимпийских игр 2002 года в составе сборной России, в недавнем прошлом главный тренер «Трактора» Андрей Николишин, и его старший сын – форвард «СКА-Невы» Александр Николишин. Напомним, что у Андрея Васильевича есть и младший сын – Иван, который сейчас выступает в юиорской лиге Северной Америки.

- Когда мне было пять лет, отец сам заливал каток на участке и учил нас с братом кататься на коньках, - вспоминает Александр. - Мы просто катались. Не могу вспомнить, когда первый раз взял в руки клюшку и начал полноценно заниматься хоккеем. В профессиональном плане это было уже точно в России, а когда мы жили в Америке, я занимался всеми видами спорта понемногу. Точно могу сказать одно – отец не заставлял меня идти в хоккей, это было исключительно мое решение. Я просто знал, что отец всегда сможет помочь, где-то что-то подсказать. Можно сказать, что он был в какой-то степени моим персональным тренером. Сейчас отец – это первый человек, которому я звоню после матча и спрашиваю его мнение о моей игре. Не могу сказать, что он ругается или хвалит – мы просто в спокойном тоне обсуждаем мои ошибки, и он подсказывает, как их можно исправить. Поработать в команде под руководством отца? У меня есть мечта играть в хоккей на высочайшем уровне, а если судьба сведет нас когда-нибудь поработать вместе, я буду только рад.

- Не помню, сколько было Саше лет, когда я первый раз поставил его на коньки. По-моему, чуть больше года, - рассказывает Андрей Васильевич. - Мне как раз тогда по контракту из одной фирмы прислали детскую форму. Он ее надел и ходил в ней по квартире. А потом уже постепенно в ней же на лед перебежали. Когда в доме все всегда говорят о хоккее, то ты волей-неволей живешь в этом, поэтому, я думаю, что выбор его хоккейной карьеры был предопределен изначально. Но вообще у нас дети занимались всем подряд, потому что мы понимали, что должны дать им максимум возможностей. А какой выбор сделает ребенок – это уже его прерогатива. Поэтому они начинали заниматься и гимнастикой, и лакроссом, и баскетболом, и футболом, и хоккеем, и плаваньем – все, что можно было, шло в ход. Потом они уже сами определились. У нас были соседские мальчишки, с которыми они плотно общались, и все вместе решили пойти в хоккейную секцию. Им тогда было где-то по четыре-пять лет. Сейчас мы с ребятами всегда после игр созваниваемся, обсуждаем, все дают друг другу какие-то советы – стараемся вести максимально конструктивный рабочий диалог. Понятно, что, когда они только начинали заниматься хоккеем, мое мнение для них было самым авторитетным. Но сейчас, когда они занимаются профессиональным хоккеем, уже и они мне могут где-то что-то подсказать – общаемся на равных.